Иоанновский приход

ИОАННОВСКИЙ СТАВРОПИГИАЛЬНЫЙ ЖЕНСКИЙ МОНАСТЫРЬ

Двести сорок четыре дня.

 

Будильник телефона пропел знакомую мелодию. Игнат открыл глаза, взял телефон, отключил будильник и, посмотрев на спящую жену, поднялся с кровати. Привычно делая зарядку, он думал о делах сегодняшнего дня.

 

-В десять на работе совещание, потом надо заехать в агенство – они наконец-то подобрали участок для строительства дома, затем в банк и в медицинский центр.

 

В центре Игнат проходил обследование. В последнее время его мучали головные боли, ухудшилась память, стало сложнее работать, и давний друг их семьи – Илья Данилович, который работал в этом центре заведующим отделением, посоветовал обратиться туда. Вчера он позвонил и сказал, что готовы результаты, но по телефону ничего объяснять не стал.

 

Позавтракав, Игнат собрался и вышел во двор.

 

День закрутился, как обычно, на удивление пробок на дороге не было, и до офиса он добрался быстро. У кабинета уже ждали люди. Как всегда, с утра, пошли производственники со своими вопросами.  К десяти собрались руководители отделов. Игнат провел совещание, съездил в агенство, посмотрел участок, который ему понравился и к вечеру приехал в центр.  Он поставил машину на стоянку и поднялся на четвертый этаж. Дверь в кабинет заведующего отделением была приоткрыта и, оттуда слышался голос Ильи Даниловича. До назначенного времени приема оставалось десять минут, и Игнат присел на диван, что стоял в коридоре. Илью Даниловича он знал с давно, тот дружил с его отцом и часто бывал у них в доме. И после смерти отца, который умер несколько лет назад, они продолжали общаться, хотя виделись теперь намного реже.

 

Дверь, ведущая в кабинет, распахнулась, Илья Данилович кивнул Игнату, подошел к медсестре и, дав ей какие-то указания, вернулся обратно. Он провел Игната в кабинет, показал ему на стул, сам сел в свое кресло и, взяв в руки медицинскую карту, открыл ее.

-Игнат,- начал он разговор,-  и отложив карту в сторону, поднялся из-за стола и, подойдя к Игнату, сел напротив него.

 

-Я не вправе говорить такие вещи пациентам, но ты сын моего друга, - продолжил он, -  я давно тебя знаю и отношусь к тебе, как к своему сыну и именно поэтому я скажу тебе правду.

 

Он чуть помолчал, посмотрел в глаза Игнату и сказал:

 

- Вчера были готовы результаты обследования, у тебя обнаружили очень редкую болезнь Кройцтфельда – Якоба. Это тяжелое заболевание головного мозга, при котором происходит гибель нейронов. Оно редко встречается, примерно у одного из миллиона и за свою практику я сталкиваюсь с ним впервые.

 

Илья Данилович умолк, снял очки, положил их на стол и продолжил.

 

-Существует три формы этой болезни и в каждой форме есть три периода, первый длится довольно долго, второй и третий проходят намного быстрее.

 

-Мне потребуется длительное лечение? - перебил его Игнат.

 

Илья Данилович вздохнул, затем протянул руку и накрыл своей ладонью ладонь Игната.

 

- Игнат,- произнес он,- я не хочу тебя обманывать и давать надежду, эта болезнь неизлечима.

 

-Что?! – ошеломленно смотрел на Илью Даниловича Игнат, - то есть, как неизлечима?

 

Врач убрал руку с ладони Игната, надел очки и, опять вздохнув, сказал:

 

- Все, что применяла медицина для лечения этой болезни оказалось неэффективным.

 

Игнат не мог поверить в услышанное.

 

-Неужели ничего нельзя сделать? – это не укладывалось в его сознании.

 

-Ничего, - отрицательно качнул головой Илья Данилович.

 

-И что меня ждет?

 

-Развитие слабоумия, нарушение зрения, потеря личности, паралич, - врач медленно перечислил все, стараясь скрыть эмоции.

 

В комнате повисло молчание.

 

-Сколько мне осталось? – нарушив его, тихо спросил Игнат.

 

-На той стадии, которая у тебя сейчас месяцев шесть, от силы восемь.

 

Не зная, что сказать, Игнат замолчал, растерянно глядя на доктора.

 

- Игнат,- негромко сказал врач, - я буду с тобой рядом и сделаю, что смогу.

 

Игнат встал со стула и подошел к окну.

 

-Илья Данилович, а может это ошибка? –в его голосе была надежда.

 

Врач тоже подошел к окну и встал рядом.

 

-Мы тебя дважды обследовали, -сказал он, - и обоих случаях результат был одинаков. Игнат, я знаю, ты сильный человек, который умеет держать удары, иначе я тебе бы все это не сказал.

 

Игнат молча слушал его, глядя в окно.

 

Умение владеть собой, которое не раз спасало его в сложных ситуациях, помогло взять себя в руки.

 

-Спасибо, доктор, - повернулся Игнат к Илье Даниловичу, - за правду спасибо. У меня к Вам просьба ничего не говорите моим родным.

 

Он пошел к двери, чувствуя, как возвращается привычное самообладание. Илья Данилович молча смотрел ему вслед.

 

Игнат вышел на улицу и остановился возле машины. Пригревало апрельское солнце, весело стучала капель, небо было по - весеннему голубое и вокруг ничего не изменилось, но для него изменилось все. Глядя на свое отражение в стекле машины, Игнат думал о том, что услышал от врача. Надо было что-то делать, но что – он не знал.

 

«С бедой, надо ночь переспать» вспомнил Игнат слова матери. Воспоминание о ней принесло облегчение, и, собрав волю в кулак, Игнат сел за руль.

 

Он приехал в офис, прошел в свой кабинет и сел в кресло. На рабочем столе лежали бумаги, что принесли ему на подпись.  Он скользнул глазами по открытой странице ежедневника, где был записан план назавтра. Дела требовали его присутствия. Игнат много лет жил этой жизнью, работал сам и заставлял работать других, никогда не думая о том, что это все может закончиться в один миг. Он придвинул к себе календарь.

 

«Шесть, от силы восемь месяцев» вспомнил Игнат слова Ильи Даниловича, машинально подсчитывая дни. Про шесть месяцев думать не хотелось, словно дополнительные два месяца меняли все. Двести сорок четыре дня, подвел он итог. Последним месяцем был ноябрь.

 

Я умру холодной осенью

Под унылый скрип телег

И меня накроет простынью

Мой последний первый снег.

 

Он вдруг вспомнил слова Леонида Сафронова, услышанные им совсем недавно, и поразился мысли, что знает теперь, когда умрет.

 

Игнат отодвинул в сторону календарь и поднялся из-за стола. Он вышел из офиса, и оставив машину на стоянке, пошел пешком. Игнат поднялся по ступенькам на набережную, посмотрел на закованную еще в лед реку, вдохнул теплый весенний воздух и вдруг почувствовал, как отчаянно хочется жить.  В свои сорок пять он был полон планов и не никогда не думал о смерти.  Игнат медленно пошел вдоль реки. Надо было принимать решение. Он долго бродил в этот день, думая о том, как прожить оставшиеся дни. Подходя к дому, Игнат никак не мог решить, говорить ли все жене, или найдя решение потом рассказать обо всем. Услышав, что открылась входная дверь, жена вышла в прихожую, быстро чмокнула в щеку и сказав, что у нее важный разговор по телефону ушла в комнату. Игнат прошел на кухню, стараясь не поддаваться острому чувству одиночества, охватившему его, включил телевизор и решил пока ничего не говорить.

 

Ночью Игнат не спал. Остаться беспомощным на руках у родных или медленно умирать в больнице он не хотел.  Перебирая все возможные варианты, Игнат вдруг вспомнил, что в монастыре, которому он несколько лет назад помогал в восстановлении начали строить богадельню для престарелых и тяжело больных людей. Настоятель монастыря отец Василий приглашал потом Игната на ее открытие, но в суете дел тот так и не смог поехать.

 

«Надо утром позвонить ему» - подумал Игнат и задремал.

 

Будильник разбудил его ровно в семь. Не давая себе поблажки, Игнат начал делать зарядку. После приезда на работу и решения неизбежных вопросов он позвонил в монастырь и попросил разрешения у отца Василия срочно приехать к нему. Тот ответил, что будет ждать к вечеру. Через час Игнат уже был в пути. Дорога в несколько сотен километров, для него, занятого своими мыслями пролетела незаметно. Игнат рассказал обо всем, отцу Василию и попросил разрешения провести оставшуюся жизнь при монастыре, пообещав перечислить деньги на свое содержание. Священник, ничего не ответив, повел Игната в небольшой дом на территории монастыря, где и была богадельня. Он показал маленькую комнатку, в которой кроме стола, пары стульев и небольшого шкафа ничего не было.

 

-Посмотри,- произнес отец Василий, сможешь ли ты прожить здесь? Уйти из мира нелегко, даже если тебе и осталось жить в нем немного.

 

- Смогу,- чувствуя в себе уверенность произнес Игнат.

 

-Ну что же, заканчивай свои дела в миру и приезжай,- отец Василий перекрестил Игната и ушел.

 

Всю обратную дорогу Игнат составлял план дел, что было необходимо выполнить. Он позвонил жене и ничего не объясняя, попросил, чтобы она вечером позвала дочь и сына, что жили отдельно. Затем позвонил директору конкурирующей фирмы, который давно предлагал продать ему бизнес. Приехав на работу, он вызывал к себе юриста и приказал подготовить все документы для продажи фирмы.

 

Самым трудным был разговор с родными. Вечером, когда Игнат приехал домой, все были в сборе. Он прошел в комнату и сел за стол. Жена, дочь и сын молча смотрели на него. Самым сложным для Игната оказалось начать. Подбирая слова, он рассказал о результатах обследования и о своем решении дожить последние дни в монастыре.  После продажи фирмы он решил разделить деньги и положить их на три счета всем поровну. Высказав все, он замолчал. Пораженные его словами, жена и дети тоже молчали. Первой пришла в себя жена.

 

- Почему ты ничего не сказал? – воскликнула она, - это жестоко по отношению к нам, ведь мы же тебя любим. Это наша общая беда, зачем уходить в монастырь, разве мы не позаботились бы о тебе?

 

Игнат посмотрел на нее, вспомнив свое одиночество в тот вечер, но говорить об этом не стал.

 

-Не хочу, чтобы вы запомнили меня умирающей дряхлой развалиной, а заботиться и в монастыре можно. Все, решение принято.

 

Ни слезы, ни уговоры последующих дней не помогли, Игнат твердо стоял на своем.

 

Решение всех проблем заняло неделю. Ровно через семь дней рано утром на автобусе Игнат уехал в монастырь.  К вечеру он был на месте. Придя в свою комнату, он познакомился с послушником Иваном, который будет за ним ухаживать впоследствии и сел на кровать.   Начало темнеть, Игнат подошел к выключателю и включил свет, поразившись пришедшей вдруг мысли, как изменилась за несколько дней его жизнь. За окном ударил колокол, зовущий на вечернюю службу. Игнат поднялся и выйдя из богадельни, пошел в храм.  Заканчивался восьмой день, восьмой из двух ста сорока четырех,  отпущенных ему напоследок судьбой.

 

Продолжение следует...

 

Леонид Патракеев,

община "Живое слово"

 

Рассказать:

 

Иоанновский монастырь в Санкт-Петербурге,
наб. реки Карповки, д. 45

Обратная связь