Иоанновский приход

ИОАННОВСКИЙ СТАВРОПИГИАЛЬНЫЙ ЖЕНСКИЙ МОНАСТЫРЬ

Если не ты - то кто?

   Во дворе залаяла собака, а чуть погодя  зазвенел звонок. Павел встал с дивана, уютно расположившись на котором, он смотрел футбольный матч, вышел во двор и открыл калитку.

 

- Павлуша, - на него с мольбой смотрела соседка Макаровна,- опять у меня свет пропал, может, сходишь, посмотришь.

 

Идти Павлу не хотелось, но старушка смотрела так умоляюще, что отказать он не смог.

 

 

- Ладно, подожди, сейчас оденусь.

 

Он зашел в дом, чтобы одеться и взять инструмент.

 

-Кто там?- Выглянула с кухни жена.

 

- Да Макаровна просит помочь, что – то  у нее с электричеством случилось.

 

- Я тебе скоро футболку подарю, с цифрами 01 на спине,- пошутила жена и вернулась на кухню.

 

Павел вышел во двор.

 

- Пошли, Макаровна.

 

 

Истина в словах жены была. На их улице, что  круто обрывалась к оврагу, из двенадцати домов только в одном жила молодежь -  Павел с женой и дочерью. Три  года назад он вернулся в родительский дом из города, где с семьей ютился в общежитии. Во всех остальных, жили одинокие старые люди. У кого – то дети выросли и разлетелись, у кого – то смерть забрала всех, но факт оставался фактом, кроме Павла, им, в случае чего, обратиться было не к кому. Да еще улица, на которой они все жили, находилась от основного села за целый километр. Телефона на ней не было,  а сотовыми старики пользоваться не умели, да и откуда им было у них взяться, и поэтому приходили к Павлу со всем, что с ними случалось. Сломается ли холодильник и надо вызвать мастера, нужно ли пригласить врача, или упадет забор – Павел не отказывал в помощи никому.   Он звонил в мастерскую и  в медпункт, брал инструмент и шел к ним в дом, помогал скосить траву или привезти   дрова.

К дому Макаровны подошли быстро. Павел уже не раз чинил у нее электричество, и разобраться с неисправностью, труда не составило. Он заменил перегоревшие предохранители и повернул выключатель. В тусклых лампочках вспыхнул свет.

 

- Спасибо тебе, Павлуша, - поблагодарила Макаровна и потянула из старого кошелька денежную купюру.

 

- Господь с тобой,  - отвел ее руку Павел, - дай мне лучше  напиться.

 

Макаровна не признавала воду из колонок, что стояли по улице, и упорно ходила за ней на родник.

 

- Сейчас, Павлуша, сейчас, родимый.

 

Она протянула ему кружку воды, зачерпнутой из ведра. Павел с удовольствием напился.

 

- Ну все, Макаровна, пойду я, спокойной ночи. Ты чайник, плитку и утюг одновременно не включай, проводка у тебя в доме старая, может не выдержать, - проговорил он, выходя из дома.

 

- Ладно, Павел, ладно,- торопливо кивала головой старушка.

 

Она проводила его до калитки в заборе и ушла в дом.

 

Павел вышел на улицу. Свет двух уличных фонарей да редкие огоньки  в окнах, не могли рассеять осеннюю темноту. Павел, задумавшись, постоял возле дома. Совсем другой была эта улица во времена его детства.

 

И домов стояло в два раза больше, и во всех жили люди. Одних детей было столько, что за ними приходил совхозный автобус, чтобы отвезти в школу.

 

-Куда все пропало? – подумал Павел.

Он вспомнил, как после школы их агитировали ехать в города или на стройки, ребята, уходя в армию, вернуться в деревню не стремились, да и девчонки, которым не улыбалась тяжелая работа в поле или на ферме, пытались поступить на учебу хоть куда – лишь бы уехать.

 

- Вот и допоступались, - с горечью думал Павел.

 

Он тоже после армии остался в городе, но домой всегда тянуло, и  однажды, обсудив все с семьей, Павел вернулся в деревню. Три года он перестраивал родительский дом, и теперь тот был со всеми удобствами.

Медленно Павел пошел по улице. После приезда сюда, старики, которым не к кому было обратиться за помощью, потянулись к нему. У Павла, который в тот момент крутился между работой и ремонтом дома, их частые просьбы стали вызывать раздражение. Однажды, он поговорил об этом с батюшкой местной церкви, отцом Михаилом. Тот выслушал Павла, помолчал, а потом и огорошил, сказав:

 

- Это Господь вернул тебя обратно, чтобы помогать этим людям. Если не ты – то кто?

 

Он посмотрел на Павла.

 

- Батюшка, я не думал об этом, - растерянно проговорил Павел.

 

- А ты подумай, - сказал отец Михаил, перекрестил его и ушел.

 

И так прикидывал Павел и эдак – все получалось, по словам батюшки. Жена Катя, которую поначалу тоже раздражали частые просители – попривыкла, смирилась и стала помогать ему. То сходит к старушке давление измерить, то соседке поможет грядки прополоть, немного погодя, стала брать с собой десятилетнюю Дашу. И заметил  Павел -  как стали людям помогать, исчезли в семье размолвки и непонимание, словно, начали все, одним жить, и делить стало нечего.

 

- Повезло мне с Катюшей,- подумал он, подходя к своему дому.

 

Жена, уложив дочку, ждала Павла на кухне.

 

- Ну что, починил? – спросила она.

 

-Починил,- он привлек ее к себе, - ты же знаешь, если мы не сделаем – то кто?  

 

-Знаю,- вздохнула  жена, наливая ему чай.

 

Обсудив дела на завтра, они легли спать. Павел долго не мог уснуть, а утром, едва рассвело, его разбудил звонок. Павел приоткрыл окно. У калитки стоял старик, живущий в конце улицы.

 

 

-Что случилось,  Сергеевич? – спросил Павел.

 

Старик поднял на него глаза.

 

- Павел, ночью дерево на сарай упало, а в нем - коза, орет окаянная. Я уж по - всякому пробовал, не сдвинуть мне дерево одному.

 

-Ладно, сейчас выйду.

 

Павел осторожно закрыл окно, посмотрел на спящую жену и начал одеваться.

 

 

 

Леонид Патракеев,

община "Информсайт"

 

Рассказать:

 

Иоанновский монастырь в Санкт-Петербурге,
наб. реки Карповки, д. 45

Обратная связь